Катастрофа в Белоруссии. Почему были проиграны приграничные сражения в июне-июле 1941 г.
Военно-политические союзы Польши в 1919–1926 гг.
Действия флота в северо-западном районе Черного моря в 1920 году
Образование флота Добровольческой армии
У берегов Кавказа в 1920 году
Эвакуация из Одессы Добровольческой армии в 1920 году
К вопросу о руководстве вооруженной борьбой в Великой Отечественной войне
Маршал Советского Союза Борис Шапошников
Книгоиздание в годы великой Отечественной Войны
Прорыв
Борьба с голодом в блокадном Ленинграде
«Правда» Виктора Суворова
Доказательство от противного
Расколотая тумбочка
Война на уничтожение: Вермахт и Холокост
Высшая честь (Грицевец Сергей Иванович)
Готовился ли Сталин к войне с Германией, или Почему нельзя согласиться ни с Хрущёвым, ни с Суворовым
Договор с Германией — цели СССР. Пытался ли Сталин спровоцировать мировую войну?
Ещё раз об оценке советско-германского договора о ненападении, секретных дополнительных протоколов и характера отношений между СССР и гитлеровской Германией
Западные версии высказываний И.В. Сталина 5 мая 1941 г. По материалам германских архивов
Речь Сталина 5 мая 1941 г. Российские документы
Применение авиации для выполнения транспортно-десантных задач. Значение опыта войны для современности
ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА
«Правда» Виктора Суворова
//
Неправда Виктора Суворова. — М.: Яуза, 2007.
Можно представить только одно политическое стремление Черчилля: найти громоотвод для германского «блицкрига» и отвести германский удар от Британии в любую другую сторону. Во второй половине 1940 года таким громоотводом мог быть только Советский Союз.
В. Суворов. «Ледокол»

Всем известно, что «в главном-то он (В. Суворов) прав». Однако что есть главное в трудах бывшего советского разведчика В.Б. Резуна, ставшего британским историком В. Суворовым? Принято считать, что это то, о чем он говорит открытым текстом. Т.е. подготовка советской агрессии, ответом на которую стало нападение Гитлера на СССР 22 июня 1941 года. Доказательству этого якобы посвящены все труды Владимира Богдановича. Но если внимательно, с карандашом в руке прочитать первые пять книг В. Суворова, открывается весьма любопытная картина.

Рассказывая в «Ледоколе» о явно превентивном характере немецкого удара, Владимир Богданович почему-то ни слова не говорит о том, когда именно и, главное, откуда Гитлеру стало известно о готовящейся агрессии со стороны СССР. Не раскрывает он эту тайну и в следующих трех книгах. Зато в пятой книге[349] («Самоубийство») В. Суворов рисует яркую картину плачевного состояния немецкой разведки, явно подводя читателя к мысли, что она никак не могла раскрыть тайные планы Сталина. Более того, в этой же книге он достаточно убедительно доказывает, что Гитлер был полным кретином, так что осознать советскую угрозу самостоятельно он явно не мог.

Но если неизвестно, каким образом в голову тупого Гитлера, которого Сталин (если верить В. Суворову) постоянно обводил вокруг пальца, могла проникнуть мысль о готовящемся нападении, то возникают сомнения, а проникла ли она туда вообще?

Тут нужно вспомнить, что В.Б. Резун прошел школу советской разведки (именно это, по мнению его поклонников, позволило ему вскрыть тайные планы Сталина, используя исключительно открытые источники). Но программа подготовки разведчика включает в себя и специальный курс, посвященный «работе под контролем». Есть целый ряд приемов, позволяющий разоблаченному агенту, вынужденному сотрудничать с врагом, не только сообщить своему руководству о самом факте провала, но и передавать весьма ценные сведения.

Методика расшифровки сообщений двойного агента достаточно сложна, так что я не буду подробно на ней останавливаться. Скажу только, что при этом особое внимание следует обращать не столько на то, что передает агент, сколько на то, о чем он умалчивает. Если агент не сообщает о каком-то факте, о котором он не может не знать, это повод обратить на сам этот факт и все, что с ним связано, особое внимание. Причем[350] нужно обязательно установить связь этого факта с тем, что сообщает нам агент.

Попробуем применить этот метод к трудам В. Суворова. Обещаю вам, что нас ждут удивительные открытия.

Зачем Сталину воевать с Гитлером?

Для начала займемся открытым текстом.

«Начнем с главного. Со статистики. Британия вступила в войну 3 сентября 1939 года. В ответ германский подводный флот блокировал Британию. За 1939 год гитлеровские подводные лодки утопили 222 британских торговых корабля. Это официальная статистика (RoskillS. The War at See, 1939-1945. L: H.M. Stationer Office. 1954. P. 615).

В среднем немцы топили по два британских торговых корабля каждый день без выходных и праздников. Британия — на островах. В то время Британия себя сама прокормить не могла. Да и не растут в Британии ни бананы, ни ананасы. А британский народ без бананов долго не протянет. Это вам не Россия. Кору с деревьев тут есть не привыкли и к супу с лягушками не приучены. Без бразильского кофе британский джентльмен не выживет. Это я вам точно говорю.

За следующий, 1940 год Британия потеряла 1056 торговых кораблей (тот же источник). Это — по три торговых корабля в день. Британский торговый флот катастрофически сокращался, а германский подводный флот тем временем стремительно рос.

«За первые шесть месяцев 1941 года мы потеряли 760 торговых судов, потопив всего 12 подводных лодок». Это тоже официальная статистика. Это написал[351] кэптэн М.Кэсуэлл, военно-морской атташе при посольстве Великобритании в СССР («Красная звезда». 29августа 1991 г.). 760 торговых кораблей за шесть месяцев — это по четыре в день. В 1939 году — по два в день, в 40-м — по три, в 41-м — по четыре. И тут же официальный вывод военно-морского атташе: «Великобритания в 1941 году была на грани поражения».

Обращаю еще раз внимание на то, что это говорит военный дипломат. Его публичное выступление только в одном случае может считаться личным мнением: если государство немедленно его слова опровергло, объявило их личным мнением, а дипломата отозвало домой, заменив другим. Этого не было. Следовательно, официальная точка зрения: В 1941 ГОДУ БРИТАНИЯ БЫЛА НА ГРАНИ ПОРАЖЕНИЯ». (Последняя республика. Гл. 9)

Вот так вот. Не больше и не меньше. Не напади Германия на CCCP, и Британская империя перестает существовать, причем в ближайшие месяцы!

«Британия имела только два выхода:

1. Подписать сепаратный мир с Германией. Проще говоря — сдаться на милость Гитлера.

2. Вовлечь Советский Союз в войну против Гитлера.

Сдаваться британцам как-то не хотелось, а надеяться на гитлеровский поход на восток не приходилось. Все понимали, что Германия не может воевать на два фронта одновременно — и против Британии, и против Советского Союза. Война на два фронта — гибель для Германии, это знал каждый, это знал сам Гитлер и открыто об этом говорил. Надеяться на то, что Гитлер нападет на Сталина, не мог никто. Последняя возможность: Сталин нападет на Гитлера. Вот к этому и стремилась Британия Сталина склонить». — (Последняя республика. Гл. 9).

Чтобы склонить человека к чему-то, нужно его как-то заинтересовать, что-то ему такое предложить или, на худой конец, запугать его.

Что могла предложить Британия Сталину, мы разбирать не станем, просто потому, что она ему ничего не предлагала. Ни в открытых советских и британских источниках, ни в трудах В. Суворова нет никаких упоминаний о том, что Черчилль ДО начала Великой Отечественной войны обещал СССР какую-либо материальную поддержку или манил Сталина какими-либо выгодами совместной войны против Гитлера.

Остается второй вариант, запугать. Чем? Тем, что Германия собирается напасть на СССР? Аргумент сильный, только ведь он не сработал. Вспомним, что Суворов на протяжении всех своих книг доказывает: Сталин не верил в возможность германского нападения, потому как не видел причин для такого нападения.

Впрочем, дело даже не в этом. Вспомним, что двадцать девятая глава «Ледокола» называется «Отчего Сталин не верил Черчиллю». Приведу только одну цитату оттуда: «Проще говоря, Британии (по мнению Сталина, которое он открыто выразил 10 марта 1939 года) хочется столкнуть Советский Союз с Германией, а самой отойти в сторону от этой драки. Не знаю, в этом ли было намерение Черчилля, но именно в таком аспекте Сталин воспринимал любое действие британского правительства и дипломатии». (Ледокол. Гл. 29).[352,353]

То есть Сталин прекрасно понимал, что Британия находится при последнем издыхании, Черчилль мечется в поисках выхода из этого положения и пытается отвести угрозу от Британских островов, втравив Германию в войну с СССР. Только ведь Сталина проблемы Британской империи ни с какой стороны не волнуют, так зачем ему самому начинать эту войну?

Тут уместна еще одна цитата: «И сталинская глупость была непонятна британцам: вот он сидит и ждет, а Британия на последнем издыхании, Британия не выдержит долго, Британия до 1942 года не дотянет, Британия будет вынуждена сдаться. И тогда в 1942 году глупый Сталин останется один на один с Гитлером. Так неужели же он этого не понимает ? Ему надо нападать на Германию сейчас, в 1941 году, пока Британия не сдалась!» (Последняя республика. Гл. 9).

Задаем классический суворовский вопрос «А зачем?». В смысле, зачем Сталину «нападать на Германию сейчас, в 1941 году, пока Британия не сдалась!». Чтобы не остаться «один на один с Гитлером»? Так ведь сам Владимир Богданович убедительно доказал, что бояться Германии Советскому Союзу в то время не приходилось ни при каких обстоятельствах. «В 1941 году у Гитлера было достаточно территорий от Бреста на востоке до Бреста на западе, от Северной Норвегии до Северной Африки — Освоить все это было невозможно и за несколько поколений». (День М. Гл. 17). «Перед Гитлером лежали никем не контролируемые колониальные владения Голландии… И бельгийского Конго…». (Очищение. Гл. 22).

Ну а после крушения Британии перед Гитлером[354] окажутся и «никем не контролируемые колониальные владения» Великобритании. То есть практически весь мир.

Впрочем, хватит цитат. Двадцать вторая глава «Очищения» называется «Имел ли Сталин основания бояться?». И в ней убедительно доказано, что Сталину ни с какой стороны опасаться Гитлера не приходилось. Сомневающимся предлагаю перечитать ее внимательно (и предшествующую ей главу «Боялся ли Сталин Гитлера»), уверяю, все сомнения тут же исчезнут.

С другой стороны, капитуляция Англии открывала перед Сталиным новые, весьма заманчивые перспективы. Например, использовать свои воздушно-десантные корпуса по прямому назначению. «Четвертая возможность: захват никем не управляемых колоний разгромленных европейских метрополий и дружественной Британии». (Последняя республика. Гл. 20).

«Перед нами лежали огромные территории от Тихого океана до Индийского и от Индийского — до Атлантического. Гитлер сокрушил колониальные метрополии, и надо было только прибрать к рукам бесхозные колонии. Одну за другой. По очереди». (Там же).

Стало быть, и самому Сталину нападать на Германию смысла не имело, — вон сколько всего бесхозного кругом было, сколько новых республик можно принять в Советский Союз, не втягиваясь в войну с достаточно сильным противником.

Конечно, когда-нибудь придется решать проблему советизации Европы, но это дальняя перспектива. К тому же гитлеровский режим несет в себе зародыш собственной гибели. Вспомним, что в том же 1941 году на всей территории покоренных Гитлером стран[355] разворачивалось движение Сопротивления. И движение мощное, но «Гитлер разгромил Францию, но у него нет сил разгромленную Францию захватить целиком… У Гитлера не хватало войск для оккупации Голландии. Надо было иметь в Голландии две дивизии, а Гитлер мог выделить только одну». (Очищение. Гл. 22).

И всю войну Германия имела не два фронта, а три. Третий был внутренний. И этот внутренний фронт вполне мог привести Германию в то состояние, когда ее можно было бы взять голыми руками.

Таким образом, «Вовлечь Советский Союз в войну против Гитлера» Британия не имела никакой надежды. А наоборот, вовлечь Гитлера в войну против Советского Союза?

Обратите внимание на фразу в вышеприведенной цитате: «Все понимали, что Германия не может воевать на два фронта одновременно — и против Британии, и против Советского Союза». Как видите, по мнению В. Суворова, причиной того, что Гитлер не может напасть на СССР, является то, что Германия не может воевать на два фронта. А если фронт у него будет один? Это как, спросите вы. Очень просто, отвечу я, если Англия заключит мир с Германией.

Ловля на живца

Я слышу хор возмущенных голосов: «Да Англия ни за что и никогда… да Черчилль в своей речи… Да немцы захватили территорию Британии…» И так далее, и тому подобное. Спорить не стану, сделаю вид, что согласен с тем, что Черчилль не мог ни в коем случае пойти на мир с Гитлером. А пообещать заключить его сразу после нападения Германии на СССР?

Чувствую, что хор возмущенных голосов как-то сразу стихает. Действительно, что мешало тому же Черчиллю в каких-то тайных переговорах посулить Германии мир в обмен на нападение на СССР, а потом коварно обмануть Гитлера? Да ничего. Конечно, с точки зрения морали выглядит это не очень красиво, но в политике моральные критерии учитываются в последнюю очередь. Кроме того, переговоры ведь будут тайными, так что если что потом и просочится наружу, можно объявить это вражеской пропагандой.

Впрочем, Черчиллю не было нужды мараться и давать какие-то обещания, пусть и тайные, самому. Англия ведь страна демократическая, премьер-министр в ней вовсе не является неограниченным и несменяемым властителем. Так что достаточно было уверить Гитлера, что в Британии имеется мощная оппозиционная сила, которая в случае начала войны Германии против СССР скинет Черчилля, займет его место, заключит мир с Германией, а то и выступит на его стороне.

Тут я хочу обратить ваше внимание на то, что я вовсе не утверждаю, что кто-то в Англии собирался свергать Черчилля и заключать мир с немцами. Достаточно того, что такой вариант виртуально существовал, значит, можно было убедить Гитлера, что он существует и в реальности.

Есть ли подтверждение того, что англичане предпринимали какие-то шаги в этом направлении? Есть. Давайте вспомним о самом знаменитом парашютисте всех времен и народов, о Рудольфе Гессе.[356,357]

На 10 мая 1941 года он занимал пост заместителя Гитлера по партии, т.е., по сути, был вторым человеком в Германии. И это понятно, Гесс был с фюрером с самого начала, он участвовал в знаменитом «Пивном путче», после его провала по приговору суда попал в ту же крепость Ландсберг, где отбывал заключение Гитлер. Там Гесс помогал Гитлеру работать над «Майн кампф», так что кое-какие заключающиеся там идеи принадлежат Гессу. После выхода из тюрьмы Гесс взял на себя всю рутинную работу по подготовке прихода нацистов к власти, и именно ему Гитлер обязан своим триумфом в 1933 году.

Как свидетельствуют многочисленные очевидцы, никаких противоречий между Гитлером и Гессом не было никогда. Гесс преклонялся перед Гитлером, считал его гением, а все его решения тут же стремился претворить в жизнь. И вот этот человек, которого в Имперской канцелярии за глаза называли «тенью фюрера», 10 мая 1941 года садится в самолет и через несколько часов выпрыгивает из него с парашютом над Британскими островами!

Официальная немецкая версия гласит: Гесс считал, что только немедленный мир с Англией может спасти Германию. Он надеялся, что через своих друзей в Англии, которые занимали там высокое положение, он сможет заключить этот мир. Вот почему, без разрешения Гитлера, он и предпринял свой знаменитый полет.

В том, что Гесс летел С РАЗРЕШЕНИЯ Гитлера, в настоящее время никто из исследователей не сомневается. Достаточно сказать, что буквально накануне полета Гесс имел более чем трехчасовую беседу с Гитлером, причем никаких сведений, о чем они беседовали, не сохранилось (и это при том, что Гитлер без двух стенографистов даже за обеденный стол не садился). Кроме того, в описи вещей, которые были у Гесса в момент ареста, присутствовало некое письмо, которое он должен был кому-то передать. Но самого письма среди рассекреченных на настоящий момент документов по делу Гесса нет. Спрашивается, от кого и кому было это письмо, если его понадобилось скрывать вот уже седьмой десяток лет?

Тут мы обнаруживаем первое серьезное умолчание В. Суворова. Во всех своих книгах Владимир Богданович упоминает Гесса ВСЕГО ОДИН РАЗ! Причем даже не сам упоминает, а приводит цитату из статьи какого-то Кукушкина: «Начало этой зловещей акции было положено в декабре 1936года на совещании у Гитлера, где присутствовали также Гесс, Борман и Гиммлер. Фюрер раздраженно…» (Очищение. Гл. 18).

Кто-то может сказать, что тема полета Гесса прямо не относится к разбираемым В. Суворовым вопросам. Еще как относится!

Сначала приведу цитату: «Только летом 1940 года Гитлер понял, что его обманули. Он попытался переиграть Сталина, но было слишком поздно. Гитлер мог рассчитывать только на блестящие тактические победы, но стратегическое положение Германии было катастрофическим». («Ледокол». Гл. 6). Вот тут как нельзя лучше подходит фраза, типа «Гитлер мечется, пытается заключить мир с Англией, даже посылает туда своего заместителя Гесса, но честные британцы не идут ни на какие соглашения с…». И так далее. Можно поставить[358,359] практически такую же фразу и после такого места: «Война на два фронта — гибель для Германии, это знал каждый, это знал сам Гитлер и открыто об этом говорил». (Последняя республика. Гл. 9). Еще лучше она ляжет после такого места: «В 1940 году германские войска захватили Нормандские острова: Джерси, Гернси и ряд более мелких. Острова британские, но лежат они у самой Франции. Даже с Гернси, самого далекого из них, в хорошую погоду виден французский берег. Полосочкой. Сточки зрения военной, острова надо было захватывать, а с точки зрения политической — нет. Захват этих островов означал, что впервые за тысячу лет британские острова топчет вражеская нога. При мысли об этом у гордых британцев раздувались ноздри. Ярость благородная британцев распирала с такой силой, что лучше бы с ними Гитлеру было не связываться. Захват этих островов означал — мира с Британией быть не может». (Самоубийство. Гл. 15).

Ведь никаких подтверждений тому, что Англия не могла заключить мир с Германией, Владимир Богданович не приводит (не считать же доказательствами эмоциональные утверждения типа «ни за что и никогда»). А тут такой блестящий пример — вот Гитлер пытался договориться, а гордые британцы ему дулю под нос.

Я мог бы привести еще массу выдержек из трудов В. Суворова, в которых история Гесса играла бы на его стороне. Но он вообще не упоминает об этой истории и о самом Гессе (в приведенной выше цитате из Кукушкина Гесс остался явно по недосмотру). Почему? Все просто, Виктор Богданович не мог затрагивать этой истории, потому как в ней масса неясностей.[360]

Вдруг кто-то из читателей заинтересуется ей и найдет то, что британские заказчики В. Суворова хотят скрыть.

Теперь зададим еще один вопрос: кто же эти таинственные британские друзья Гесса? Официальная британская версия гласит, что Гесс собирался встретиться с герцогом Гамильтоном, в шотландском поместье которого он и планировал посадить свой самолет (наделе же Гесс заблудился и не смог отыскать поместья, поэтому и был вынужден сигануть с парашютом). Фамилия громкая, вот только в то время герцог занимал скромный пост командира авиабазы Тернхаус, так что влиять на политику явно не мог. Другое дело, если за его спиной стояла какая-то влиятельная группа высокопоставленных оппозиционеров. Точнее, британская разведка смогла через Гамильтона убедить Гесса (а через него и Гитлера), что такая группа существует. Вот на встречу с этой группой и летел наш «парашютный дипломат». Причем по первоначальному плану, Гесс должен был через некоторое время улететь обратно. Не вина британских партнеров, что ему пришлось «задержаться» на островах. Впрочем, это вовсе не означало провала переговоров. Наверняка такой вариант был предусмотрен (мало ли какие случайности происходят во время войны), и у Гесса была возможность сообщить об удаче переговоров. Например, какая-нибудь английская широковещательная радиостанция должна была передать условную фразу, понятную только посвященным.

Надеюсь понятно, что при таком варианте у Гитлера появляется возможность напасть на СССР, но возникнет ли у него желание?[361]

Двойной агент

В своих трудах Владимир Богданович красочно описал нам блестящие достижения советской разведки, а вот о британской помалкивает. Оно и понятно, он ведь сейчас работает как раз на британскую разведку, так что раскрывать ее тайны и выступать с какими-то сенсационными разоблачениями не может. Я нахожусь в лучшем положении, так что кое-что об английской разведке вам расскажу. Но сначала пара цитат из В. Суворова.

«Великий германский разведчик Вальтер Шелленберг, который бахвалился, что он якобы обманул самого Сталина и сталинской рукой «обезглавил» Красную Армию, сообщает изумительные сведения в своих «Мемуарах»: «Канарис утверждал, что у него есть безупречные данные, согласно которым Москва, являющаяся крупным индустриальным центром, связана с Уралом, богатым сырьевыми ресурсами, всего лишь одной одноколейной железной дорогой» (Минск: Родиола-плюс, 1998. С. 204).
Вот и все. И больше о германской разведке ничего не надо рассказывать». (Самоубийство. Гл. 13).
«В немецком школьном учебнике 1938 года показаны самые новые железные дороги от Казани на Первоуральск, от Уральска на Орск и далее на Челябинск…
Если великие разведчики Канарис и Шелленберг не додумались опросить старых русских и немецких инженеров, которые строили железные дороги в России, если не сообразили опросить немецких офицеров, которые совсем недавно учились в Поволжье, то нужно было взять НЕМЕЦКИЙ школьный учебник географии выпуска 1938 года и посмотреть». (Самоубийство. Гл. 13).

Поясню для тех, кто не в курсе, Вильгельм Канарис имел воинское звание «адмирал» и занимал должность начальника военной разведки вермахта (Абвер). Действительно, его неосведомленность выглядит, мягко говоря, странно.

Между тем все исследователи отмечают высокий профессионализм немецкой разведки и особо отмечают выдающуюся роль в ее становлении и работе адмирала Канариса.

Тем не менее в главе четырнадцатой «Самоубийства» Владимир Богданович приводит еще более потрясающие факты о степени некомпетентности германской разведки и лично В. Канариса. Он умудрился не заметить даже тех советских танков, которые год за годом проходили по Красной площади на парадах. Не связался с дружественными финнами, которые имели возможность познакомиться с новейшими советскими танками на собственной шкуре и имели их фотоснимки (а с застрявшего на нейтральной полосе СМК даже сняли крышку люка и кое-какие приборы). Докладывал Гитлеру, что в Красной Армии всего 5000 самолетов. И так далее, и тому подобное.

Вот тут-то пора сказать то, о чем умолчал В. Суворов — ВИЛЬГЕЛЬМ КАНАРИС БЫЛ БРИТАНСКИМ АГЕНТОМ!

Собственно говоря, это не тайна, о Канарисе написано немало книг, в которых его связи с британской разведкой прослежены достаточно подробно. Всех желающих поближе познакомиться с деятельностью[362,363] этого британского осведомителя отсылаю к ним (особо рекомендую книгу английского исследователя Джона Уоллера «Невидимая война в Европе»). Нам же важно другое. Канарис был не просто агентом, а так называемым «агентом влияния». Благодаря своему положению он имел возможность влиять на политику Германии, направлять ее в ту сторону, которая была выгодна его заморским хозяевам. Например, широко известна история о том, как Канарис сорвал захват немцами Гибралтара. Гитлер направил Канариса в Испанию, чтобы он уговорил Франко выступить на стороне Германии или хотя бы пропустил немецкие войска к Гибралтару. У Канариса с Франко были прекрасные отношения еще с тех пор, когда первый помогал второму прийти к власти и победить в гражданской войне. Так что данная миссия была адмиралу вполне по плечу. Однако он сделал все, чтобы Франко НЕ ВЫСТУПИЛ на стороне Германии и не пустил в Испанию вермахт. Это чуть было не поставило крест на карьере Канариса, но фактически спасло Англию от скорого поражения (без Гибралтара Британия полностью утрачивала контроль над Средиземным морем, так что ее колонии в Африке, на Ближнем и Среднем Востоке автоматически отрезались от метрополии).

А теперь поразмыслите над таким фактом: глава немецкой военной разведки, находящийся на службе у британской разведки, снабжает руководство вермахта данными о том, что в России с железными дорогами полный завал, советские танки сделаны из картона, а артиллерия РККА представляет собой скопище музейных экспонатов. Зачем ему, точнее, его британским хозяевам это нужно? Понятно, для того, чтобы натравить Гитлера на СССР.

Обращаю ваше внимание на один момент. Если бы Канарис (читай Британия) хотел запугать Гитлера «угрозой с востока» и побудить его к превентивной войне с Советским Союзом, он должен был ПРЕУВЕЛИЧИВАТЬ мощь Красной Армии. Дескать, посмотрите, мой фюрер, какая страшная сила стоит у наших восточных границ, что останется от Рейха, если она на нас навалится. Единственный выход ударить первыми, тогда у нас будет хоть какой-то шанс. Но в таком варианте существовала вероятность, что Гитлер не станет нападать первым, а займется укреплением своей обороны на востоке. Поэтому Канарис делал обратное, он ПРЕУМЕНЬШАЛ силу Советского Союза. Перечитайте внимательно главу четырнадцатую «Самоубийства» (кстати, она так и называется «Что они знали о Красной Армии»). В ней Владимир Богданович практически открытым текстом говорит: «Канарис не мог не знать вот этого и вот этого, но Гитлеру он об этом не докладывал».

Вот только одна цитата: «В Зимней войне 1939-1940 годов армия Финляндии захватила несколько советских танков Т-28, включая самые последние образцы — Т-28Э. Финляндия — союзник Германии. Мудрейшим главарям немецкой разведки следовало послать в Финляндию одно-го ефрейтора, чтобы он на советский танк посмотрел. А если лень ефрейтора посылать, напишите письмо в Финляндию и получите телеграфный ответ: пушка — 76, начальная скорость — 555, пять пулеметов, двигатель — 500, броня — 80. Вот и все. Сравните со своими[364,365] позорными «достижениями»… Сравните характеристики «устаревшего» советского Т-28 с лучшими своими «рекордами» и, может быть, в Россию не полезете…» (Самоубийство. Гл. 14).

Улавливаете, в чем тут суть? В. Суворов прямо говорит, если бы германская разведка снабжала Гитлера верными данными (а она имела все возможности такие данные раздобыть), Гитлер на Россию не напал бы. В другом месте Владимир Богданович выразил эту мысль еще более открыто. В эпиграфе к главе четырнадцатой «Самоубийства» он привел фразу Гитлера: «Если бы я знал, что у русских действительно имеется такое количество танков… я бы, пожалуй, не начинал эту войну». Могли Гитлер так сказать, если единственным вариантом для него было напасть на СССР, пока СССР не напал на него? Ясно, что не мог. А вот если он пошел на Восток потому, что почуял там легкую добычу, фраза становится вполне логичной.

Есть ли еще какие подтверждения этой версии в трудах В. Суворова? Есть. Давайте вспомним о знаменитой «бараньей проблеме».

О баранах

В «Ледоколе» В. Суворов поведал миру, что, не обзаведясь хотя бы миллионом бараньих тулупов, начинать войну в России было просто глупо. Между тем в германской армии не было не то что миллиона, но даже десятка тысяч этих тулупов. Отсюда вывод: Гитлер начал войну без должной подготовки, а сделать он мог это только в том случае, если у него не было другого выхода.[366]

В главе тридцатой «Ледокола» В. Суворов рассказал нам, что советская разведка пристально следила за всеми приготовлениями Гитлера к войне с СССР: «Голиков считал (совершенно обоснованно), что для войны против Советского Союза нужна очень серьезная подготовка. Важнейшим элементом готовности Германии к войне против Советского Союза являются бараньи тулупы. Их требуется огромное количество — не менее 6000000. Голиков знал, что в Германии нет ни одной дивизии, готовой воевать в СССР. Он тщательно следил за европейскими баранами. Он знал совершенно точно, что как только Гитлер действительно решит напасть на СССР, он должен отдать приказ на подготовку операции. Немедленно Генеральный штаб даст приказ промышленности начать производство миллионов тулупов. Этот момент неизбежно отразится на европейском рынке. Несмотря на войну, цены на баранье мясо должны дрогнуть и пойти вниз из-за одновременного уничтожения миллионов животных. В тот же момент цены на бараньи шкуры должны были резко пойти вверх». (Ледокол. Гл. 13). Далее Владимир Богданович сообщает, что цены на баранину в Европе никуда не пошли, значит, Гитлер к войне не готовился. Как видите, все гениально просто и исключительно логично.

Теперь зададим себе вопрос: почему Сталин не расстрелял генерала Голикова? Представьте себе кабинет Сталина где-нибудь 22 или 23 июня 1941 года. Сталин сидит за столом, а перед ним навытяжку стоит Голиков. «Так почему же все-таки Гитлер напал на нас, не имея ни одного бараньего тулупа?» — спрашивает[367] Сталин. Что тут может ответить генерал? Сказать «не знаю»? Зачем Сталину нужен такой начальник разведки? Поведать о том, что Гитлер дурак и не знает, что в России зима бывает? Так ведь Сталин тут же спросит: «А ты что, раньше не мог это выяснить?» Короче говоря, и так и так Голикову один путь в расстрельный подвал. Но он туда не попал. Почему? А потому, что ни о каких баранах он Сталину не докладывал.

Передо мной широко известная фотография колонны пленных немцев, захваченных нашей армией под Сталинградом. По бескрайней степи бредут унылые фигуры, в пилотках, дурацких кепи, шинелишках на рыбьем меху. Кое-кто нацепил на себя какие-то белые курточки, кто-то обмотал голову бабьим платком…

Стоп! Но ведь это 43-й год, немцы воюют в России уже второй год и прекрасно знают, что зима тут, мягко говоря, отличается от европейской. Так почему же во всей этой бесконечной колонне нет ни одного солдата в бараньем полушубке!

За прошедшие с начала войны весну, лето и осень можно было забить всех европейских баранов, содрать с них шкуры и понастрочить миллионы и миллионы тулупов, но немцы явно этого не сделали. Почему? Да потому, что с баранами в Европе дело обстояло плохо.

Читаем В. Суворова: «Иногда забывают, что помимо США и Британии союзником Сталина была Монголия. Этот союзник, не спешите смеяться, был сравним по важности с Америкой. В Монголии много-много баранов. Баранья шкура — это стратегический продукт, из которого делают тулупы. Сей стратегический продукт в некоторых ситуациях ценился на войне дороже танков и пушек. Его наличие или отсутствие вело соответственно к великим победам или к великим поражениям. Союз с Монголией обеспечивал Сталину достаток этого продукта». (Последняя республика. Гл. 8).

Улавливаете, Владимир Богданович прямо говорит, в Советском Союзе БЫЛО ИЗ ЧЕГО ШИТЬ БАРАНЬИ ТУЛУПЫ. А в Германии?

Бескрайних степей там нет (как и во всей остальной Западной Европе), так что бродить полчищам баранов негде. Содержание же баранов в стойлах и загонах обходится значительно дороже, чем, скажем, содержание свиней и коров. Поэтому и баранье поголовье там совсем невелико. Баранина, которая в России была в то время самым дешевым сортом мяса, в Европе деликатес.

Так что, если, как поведал нам В. Суворов: «Всем резидентам ГРУ в Европе было приказано следить за баранами, внедрить свою агентуру во все ключевые организации, прямо или косвенно связанные с «бараньей проблемой». В течение нескольких месяцев были собраны и тщательно обработаны сведения о количестве баранов в Европе, об основных центрах их выращивания, о скотобойных центрах», то эти агенты и резиденты должны были сразу же донести, что полушубки Гитлеру шить не из чего.

В Советском Союзе и без Монголии были бескрайние калмыцкие, киргизские, казахские степи, по которым бродили несметные полчища баранов. И тем не менее в бараньи полушубки была одета далеко не вся Красная Армия. Посмотрите на фотографии военных лет, кроме полушубков и тулупов, на них постоянно[368,369] мелькают ватники и телогрейки, а то и просто шинели. Значит, даже в богатой баранами России не так-то просто обеспечить полушубками абсолютно всех.

Что же говорить о Германии, где своих баранов кот наплакал, а стратегического союзника, имеющего неограниченное баранье поголовье, нет. Так что, какую бы войну ни планировали немцы, за сколько бы месяцев или лет ни собирались бы ее окончить, обзавестись бараньими тулупами заранее они не могли.

Однако ПОСЛЕ начала войны против СССР Гитлер надеялся заполучить стратегического союзника, который мог бы снабжать Германию бараньими шкурами в неограниченном количестве! Что же это за союзник? Великобритания.

Давайте вспомним, что в то время доминионами Британии являлись Австралия и Новая Зеландия, которые и в наше время являются крупнейшими овцеводческими державами. Используя эти ресурсы, Британия вполне могла приодеть весь вермахт в бараньи полушубки. Сейчас мы знаем, что она этого не сделала, но Гитлер-то в июне 41-го этого не знал.

Так что, если пристально вглядеться в «баранью проблему», вскрытую Владимиром Богдановичем, становится совершенно очевидно, напасть на СССР Гитлер мог только в союзе с Британией. Или хотя бы будучи твердо уверенным, что после начала Русской кампании Британия будет снабжать его бараньими тулупами.

Планов громадье

Итак, что же мы, благодаря Владимиру Богдановичу, установили со всей очевидностью:

1. К весне 1941 года Британия была при последнем издыхании.

2. Сдаться на милость Германии она не могла.

3. Британии жизненно необходимо было стравить между собой Германию и СССР.

4. Надеяться на то, что СССР сам нападет на Германию, не приходилось.

5. Заинтересовать или запугать СССР Британия не могла.

6.В Германии Британия имела агента влияния, который в значительной степени мог направлять германскую политику.

7.Британии было чем заинтересовать и чем запугать Германию.

Вывод отсюда может быть только один: Британия должна была приложить все усилия, чтобы натравить Германию на СССР.

И был составлен тайный план:

1. Через своего агента влияния убедить Гитлера, что Советский Союз крайне слаб в военном и экономическом плане.

2. Через этого же агента (а может, и через какого-нибудь другого, не думаю, что у британцев был в Германии всего один агент) намекнуть Гитлеру, что, если он в ближайшее время не ударит по СССР, Советский Союз рано или поздно сам нападет на Германию.

3. Если Гитлер, панически боящийся войны на два[370,371] фронта, все же не нападет на СССР, начать с ним тайные переговоры.

4. В ходе этих переговоров сообщить Гитлеру, что в Англии есть влиятельная группа, которая сразу же после начала германо-советской войны сместит Черчилля и заключит с Германией почетный мир.

5. Убедить Гитлера, что после заключения мира Британия даст Гитлеру все, что ему потребуется в войне с Советским Союзом.

Пусть кто-нибудь попробует доказать, что хоть один пункт этого плана не выполним. Только прошу не приводить возражения морально-этического плана, типа: «Ни один честный политик в Британии не пошел бы на тайные переговоры с Гитлером». Во-первых, в Британии был, по крайней мере, один политик, который вел, и не раз, даже не тайные, а совершенно открытые переговоры с Гитлером — Чемберлен. Во-вторых, весь этот план осуществляла британская разведка, а разведка и мораль вещи несовместимые. А в-третьих, Владимир Богданович убедительно доказал, что у Британии просто не было другого выхода, как осуществить этот план. Так что о какой морали могли думать англичане в такой ситуации?

Однако одно дело, что план этот был вполне выполним, другое, был ли он выполнен?

Был.

О том, какой дезинформацией Канарис, с подачи своих британских хозяев, кормил Гитлера, я уже писал. Добавлю еще несколько штрихов.

«Характеристики ВТ-2 никто не скрывал. Эти характеристики были известны всем, прежде всего германским генералам, например Гудериану, которого в свое время приглашали даже на наши танковые заводы, на учения и испытания танков.
Вернувшись из Советского Союза, потрясенный Гудериан написал книгу, в которой расписал и советские танки во всех деталях и подробностях, и мощь Харьковского завода, на котором они выпускались. Гудериан знал, что танки выпускаются и на Кировском заводе в Ленинграде. Предполагал, что на Сталинградском тракторном без проблем может быть налажено танковое производство и еще на ряде заводов, которые, по его предположению, возводились где-то на Урале и за Уралом. Книга Гудериа-на стала бестселлером, ее перевели на несколько языков». (Самоубийство. Гл. 14).

Признаюсь честно, я не знаю, о какой книге Гудериана пишет Владимир Богданович. Самой известной предвоенной книгой генерала была «Внимание, танки!», вышедшей в 1937 году, но в ней нет ни слова о Харьковском заводе и вообще о советских танках (все примеры Гудериан дает по английским и французским танковым войскам). Так что В. Суворов явно говорит о какой-то другой книге, которая в тридцатые годы была бестселлером, а после войны была вдруг так прочно забыта, что никаких ее следов мне найти не удалось. Придется верить Владимиру Богдановичу на слово. Нам ведь не привыкать? Так что будем считать, что такая книга была и написано в ней было именно то, о чем говорит В. Суворов.

Можно предположить, что Канарис книги Гудериа-на не читал. Пойдем дальше в своих предположениях и будем считать, что и никто из его подчиненных ее тоже[372,373] в глаза не видел. Но как быть с германскими генералами, которые составляли план «Барбаросса»? Еще раз перечитаем приведенную цитату: «Эти характеристики были известны всем, прежде всего германским генералам». Так что среди генералов, планировавших войну, не мог не найтись хотя бы один, которому были известны характеристики советских танков, мощность танкостроительных заводов, а стало быть, и примерное количество танков в РККА. Если бы Канарис вообще ничего не докладывал о состоянии советских танковых войск, германский генштаб имел бы более-менее правильное представление о них. Значит, Канарис докладывал что-то такое, что успокоило генералитет вермахта. Например, что броня советских танков подобна скорлупе орехов. Или что моторесурс танковых двигателей так мал, что уже через год танк Превращается в неподвижную груду металла.

Далее, после Брестского мира германская и австрийская армии оккупировали Украину. Они провели там без малого год (с февраля по ноябрь 1918 года), так что испытать все превратности украинского климата немцы смогли на своей шкуре. Осень в 1918 году, по свидетельству очевидцев, была ранней, дождливой и холодной. Уже в октябре установился снеговой покров, а в ноябре ударили морозы (практически как в 1941 году). Среди генералов вермахта были и те, кто в молодости проделал этот первый «поход на Восток», значит, о том, какова зима в России, они не могли не знать. Почему же они не вспомнили о ней, когда им была дана команда спланировать войну с Россией? Единственный вариант, кто-то их убедил, что погодные условия осени 1918 года были чем-то исключительным, что такие зима и осень бывают в России раз в сто лет, а вообще климат в России почти такой же мягкий, как в Германии. Кто же мог это сделать? Только начальник военной разведки Вильгельм Канарис.

Думается, подтверждений тому, что Канарис сделал все, чтобы Гитлер и его генералы не боялись начать войну с СССР, приведено достаточно. Так что первый пункт британского плана был выполнен.

На втором пункте я подробно останавливаться не буду. Дело в том, что совершенно неважно, был он выполнен или нет. Ведь как я уже доказал, если бы Гитлер был уверен в скором нападении Сталина, у него было два варианта действий — превентивный удар и глухая оборона. И далеко не факт, что он выбрал бы первый вариант, даже будучи уверен в слабости Красной Армии. Тут у нас опять выплывает проблема войны Германии на два фронта. Такие войны немцы вели неоднократно, еще со времен Фридриха Великого, и далеко не все эти войны кончались поражением Германии. Весь вопрос в том, как именно вести войну на два фронта.

Вспомним знаменитый план Шлиффена, по которому немцы планировали выиграть Первую мировую войну (и чуть не выиграли). Он предусматривал на первом этапе активные боевые действия на Западном фронте и оборону на Восточном. Основная масса германских армий должна была пройти по огромной дуге через Францию, загнать французские войска в северо-восточный угол и там уничтожить. В это время всего одна армия в Восточной Пруссии, опираясь на[374,375] многочисленные укрепления, должна была сдерживать русских. Ну а после разгрома Франции, примерно через полтора месяца после начала войны, все германские войска перебрасываются на восток и решают русскую проблему.

Надо сказать, что «восточная» часть первого этапа была выполнена. Две русские армии, Самсонова и Раненкамфа, были разбиты и отброшены за пределы Восточной Пруссии. Не была выполнена «западная» часть плана. Из-за ошибок исполнителей (самого Шлиффена в то время уже не было в живых, а Мольтке-младший, которому пришлось приводить план в жизнь, не был военным гением) разбить французов не удалось.

Пришлось сменить направление действий. На западе германская армия стала в оборону, а на востоке пошла в наступление. Последовало катастрофическое отступление русской армии в 1915 году, немцы захватили громадные территории, но выбить Россию из войны им тоже не удалось. Тогда немецкая стратегия сменилась в третий раз — на востоке оборона, на западе наступление.

Как видите, во всех этих случаях на одном фронте Германия наступала, а на другом оборонялась. Причем каждый раз оборонялась она против того врага, которого считала более сильным. Кого же, Англию или Россию счел бы Гитлер более опасным врагом в 1941 году? Скорее всего, Россию. Ведь Англия, как нам показал В. Суворов, в то время находилась при последнем издыхании, так что Гитлер мог надеяться быстренько покончить с ней, а уж потом заняться Советским Союзом.

Но такой вариант, естественно, Англию не устраивал. Значит, независимо от того, был ли осуществлен второй пункт их плана, они должны были перейти к третьему.

Признаюсь честно, приступая к разбору третьего и последующих пунктов британского плана, я оказываюсь в сложном положении. Владимир Богданович, по вполне понятной причине, ничего не пишет о событиях, происходивших в Великобритании в 1940-1941 годах. Так что я не могу подтвердить свои рассуждения его могучим авторитетом. Однако нужно отметить, что В. Суворов не пишет и ничего такого, что противоречило бы моей версии. Придется удовольствоваться этим.

Для начала стоит сообщить, что далеко не все британские политики были согласны с Черчиллем, что войну с Германией нужно вести до победного конца. Были среди них и такие, которые считали, что с Гитлером надо бы побыстрее заключить мир и сосредоточиться на борьбе с большевизмом. К таким политикам относился, например, Ллойд-Джордж (глава либеральной партии), в свое время приведший Британию к победе в Первой мировой войне. Он прямо говорил, что если его опять призовут к власти, он тут же предпримет все, чтобы заключить почетный мир.

Как же так, спросите вы, как мог кто-то из англичан допустить мысль о мире с Гитлером, который стремился к мировому господству? Тут нужно учитывать такой нюанс: в программных документах германских фашистов речь шла не о господстве ГЕРМАНСКОЙ НАЦИИ, а о господстве АРИЙСКОЙ РАСЫ. А это, между прочим, далеко не одно и то же. К арийской расе,[376,377] помимо немцев, относились, например, норвежцы, шведы и… англосаксы! Да, да, Гитлер считал англосаксов такими же арийцами, как и немцев. Ну, может быть, чуть похуже качеством. Он даже однажды высказался, что после победоносной войны с Россией, вычистив из прибалтийских провинций недочеловеков, освободившиеся территории он заселит англичанами, которым слишком тесно на своих островах.

Не стану утверждать, что эти идеи привлекали широкие массы англичан (фашистская партия Мосли была карликовой), но хочу подчеркнуть, что, так сказать, идеологическая несовместимость не могла служить причиной продолжения войны.

Конечно, не все подданные Его Величества были англосаксами (проще говоря, в Британии было немало евреев), но полагать, что рядовой англичанин согласится терпеть лишения продолжающейся войны исключительно для того, чтобы помочь несчастным немецким, французским и прочим евреям, было бы неправильным.

Так что когда Гитлеру сообщили, что в Британии имеется группа влиятельных политиков, ратующая за мир с Германией, но готовая этот мир заключить только при условии начала войны с Россией, ничего невероятного в этом Гитлер усмотреть не мог.

Я еще раз подчеркиваю, совершенно неважно, была ли такая группа, могла ли она прийти к власти, главное, что Гитлер вполне мог поверить в ее существование и силу.

Настало время привести хотя бы один факт, подтверждающий то, что переговоры между немцами и[378] какой-то влиятельной группой в Англии не только могли вестись, но и велись. Такой факт имеется.

Во время «странной войны» и Французской кампании вермахта в Британской военной миссии во Франции служил герцог Виндзорский. После того, как с Францией было покончено, он почему-то не отправился прямиком в Англию, а надолго застрял в Португалии. Поскольку военная миссия, при которой состоял герцог, прекратила свое существование, жил он там в качестве частного лица (почему бы благородному джентльмену не отдохнуть в солнечной Португалии от тягот войны). Но через некоторое время Черчилль назначил герцога губернатором Багамских островов. Тем не менее Виндзор вовсе не спешил на Багамы (где, кстати, климат лучше, чем в Португалии), а продолжал торчать в Лиссабоне. Зачем? А затем, что он вел переговоры (совершенно неофициальные, по личной инициативе, разумеется) с германскими дипломатами об условиях мира!

В августе, после знаменитой речи Черчилля («ни за что и никогда») и начавшихся вслед за ней бомбежек Британии, герцог, наконец-то, собрал чемоданы.

Но!

Перед отъездом он сообщил своему португальскому посреднику в переговорах, что ЕСЛИ СИТУАЦИЯ В БРИТАНИИ ИЗМЕНИТСЯ, герцог может вернуться в Лиссабон в течение 24 часов! О каком изменении ситуации в Британии тут могла идти речь? Только об одном, смене правительства и приходе к власти сил, готовых заключить мир с Германией.

Губернатор одной из британских колоний, это вам[379] не командир авиабазы. Да и Виндзор, это вам не Гамильтон. К тому же источники указывают, что за спиной Виндзора стоял не кто иной, как тогдашний министр иностранных дел лорд Галифакс. Точно не известно, сам ли лорд затеял зондаж Германии на предмет мира (попытка герцога Виндзорского была не единственной), или им руководила какая-то группа влиятельных лиц. Впрочем, для нас это и неважно. Главное, в результате этих танцев немцы совершенно точно знали, что есть в Британии люди, и достаточно влиятельные люди, готовые пойти на заключение мира. Так что, когда британская разведка затеяла свою операцию по дезинформации Гитлера через Гесса, Гитлер принял дезу за чистую монету.

Тех, кто интересуется этой любопытной операцией и вообще историей полета Гесса, я отсылаю к книге смелого британского исследователя Питера Пэдфилда «Секретная миссия Гесса». Я же только перескажу основные моменты.

Где-то в начале 1941 года к Гессу обратились португальские посредники (те самые, что помогали переговорам герцога Виндзорского) и сообщили, что их британские друзья хотят выйти на контакт с кем-либо из руководителей Третьего рейха. Гесс пошел на этот контакт (нет сомнений, что с разрешения, если не по прямому приказанию Гитлера), и завязалась оживленная переписка. Британским корреспондентом Гесса был тот самый герцог Гамильтон, но он дал понять, что за ним стоит влиятельная группа. Главной темой переписки была встреча Гесса с неким высокопоставленным британцем в Лиссабоне.[380]

Однако британцам было невыгодно встречаться с Гессом на нейтральной территории. Дело в том, что там было сложно обеспечить полную секретность этих переговоров. Если бы просочились сведения о пребывании в Португалии одновременно Гесса и кого-либо из высшего английского эшелона власти, объяснить это простым совпадением было бы трудно. Следует также учесть, что в секретности переговоров были заинтересованы англичане (потому как с их стороны это была тонкая игра), а немцам, которые принимали эту игру за чистую монету, не было нужды особо следить за соблюдением секретности, — все равно вскоре, после заключения мира с Англией, все выйдет наружу.

Другое дело полет Гесса в Англию. Тут обе стороны должны соблюдать строжайшую секретность, так что британцам нечего было опасаться разглашения тайны при любом варианте развития событий. И эта операция британской разведки блестяще удалась.

Как видите, если внимательно читать труды В. Суворова, тщательно их анализировать и особо обращать внимание на умолчания, можно добиться поразительных результатов. У нас получилось, что виновником Великой Отечественной войны является исконный враг России Британская империя. И этот вывод выглядит гораздо более убедительным, чем тот, что извлекают из трудов Владимира Богдановича поверхностные исследователи.

В частности потому, что мне не пришлось[381] привлекать никакой идеологии. Все предельно просто — Британия оказалась в критическом положении, единственным выходом из этого положения была советско-германская война, британские джентльмены эту войну устроили.

Снимаю шляпу перед неизвестными героями, проведшими эту блестящую операцию британской разведки. А также перед советским разведчиком Владимиром Богдановичем Резуном, сумевшим, несмотря на все препоны, донести до нас правду.