Здесь находятся различные выборки из массива книг в этом разделе.
?Подробнее
?Подробнее
Войны — книги отсортированы по войнам, сперва идут войны с участием России, затем остальные.

Войны — книги раздела сортируются по войнам, а войны — по столетиям. Выборки по войнам из всех книг сайта тут: Войны.

Войска — рода и виды войск, отдельные воинские специальности даются в секциях Небо, Суша, Море. В секции Иное находится всё, не вошедшее в предыдущие три. Выборки из всех книг сайта тут: Войска.

Темы — книги сгруппированы по некторым темам. Темы для всех книг сайта тут: Темы.


Малышев Владимир Николаевич
Инженерные войска (саперы)
Род. 19.01.1925 — г. Любим Ярославской области
Родился 19 января 1925 года в г. Любим Ярославской области. Сапер. Занимался разминированием под Выборгом, Кекстольмом и Кивиниеи летом, осенью, зимой и весной 1944—1945 годов. после 9 мая 1945 года выполнение задач по разминированию уже на территориях Австрии, Чехословакии, Венгрии и Германии.

Родился 19 января 1925 года в г. Любим Ярославской области. Русский. Член КПСС более 50 лет. Стаж военной службы 32 года. Общий трудовой стаж более 55 лет.

Война застала меня на Обнорском лесоповальном участке г. Любим. В то время по р. Обнора (приток реки Кострома) сплавлялось молем и выгружалось в г. Любиме около 100 тыс. м3 различных лесоматериалов и все население было занято этой работой.

В сентябре месяце 1941 года, по закону о трудгужповинности, от Любимского райкома комсомола я был мобилизован на оборонные работы. В составе сводного отряда Любимского района направлен в 4-е Полевое управление оборонных работ, подразделения которого возводили оборонительные рубежи в пределах границ Калининского фронта (командующий И.С. Конев) в период Калининской оборонительной операции по сковыванию северного фланга немецко-фашистской группы армии «Центр» в ходе битвы под Москвой. Оборонительные рубежи выполнялись до 1942 года при ранних морозах в весьма тяжелой обстановке на фронтах и в стране.

Для меня этот первый период непосредственной встречи с войной (крещение) обошелся дорогой ценой. При бомбардировке и обстрелах самолетами противника был засыпан в котловане землей, испытал жестокий голод, до дистрофии, перенес обморожение обеих ног 3—4-й степени. Лечился в течение 8 месяцев 1942 года. [215] Отдаленные последствия Калининского фронта 1941 года в ходе битвы под Москвой ощущаются на состоянии здоровья и сейчас, что и отмечают врачи-специалисты ежегодно на диспансерных осмотрах.

В 1942 году по сокращенной программе (почти экстренно) окончил Любимскую среднюю школу. Осенью работал в колхозах трактористом по подъему зяби. В декабре 1942 года получил повестку Любимского РВК о призыве в Красную армию. В марте 1943 года зачислен курсантом в Ленинградское военно-инженерное училище, которое было эвакуировано в то время из Инженерного замка г. Ленинграда за Волгу, в г. Кострому. В составе училища в то время было 42 учебные роты курсантов со сроком обучения 6—12 месяцев.

Первой своей военной специальностью считаю минно-взрывные заграждения, минирование и разминирование, подрывные работы. Свое участие в боевых действиях связываю именно с этой работой.

В 1944 году принимал участие в разминировании местности и объектов на освобожденной от противника территории в ходе Выборгской наступательной операции войск правого крыла Ленинградского фронта (командующий Л.А. Говоров). В боях наши войска прорвали немецкую многополосную оборону противника — линию Маннергейма.

На всю жизнь память сохранила впечатляющую мощь долговременных артиллерийских и пулеметных огневых фортификационных сооружений противника, насыщенность позиций минными и другими заграждениями из гранита, стали и высокопрочного бетона. При выполнении задач по разминированию получил богатую практику по боевому использованию и применению инженерных артиллерийских боеприпасов, минно-подрывной и специальной техники (как своей штатной, так и противника). Практические знания, навыки и боевой опыт, полученные под Выборгом, Кекстольмом и Кивиниеи летом, осенью, зимой и весной 1944—1945 годов мне пригодились вскоре, после 9 мая 1945 года при выполнении задач по разминированию уже на территориях Австрии, Чехословакии, Венгрии и Германии.

В мае 1945 года получил назначение командиром саперного взвода на 1-й Украинский фронт в 16-ю штурмовую инженерно-саперную бригаду, дислоцировавшуюся в то время, после завершения Венской наступательной операции, в Австрии, в районе севернее Вены. Наш саперный батальон 16 ШИСБр размещался в г. Штоккерау (20 км севернее г. Вены, выше по Дунаю). Батальон в июне-августе 1945 года выполнял задачи по разминированию освобожденной от врага территории и объектов по берегам р. Дунай, на участке Вена-Штокеррау-Кремс.

При выполнении задачи по разминированию в нашем саперном батальоне были и безвозвратные потери: погибло 9 человек — подорвались [216] на вражеских минах. Весьма тяжело мы перенесли гибель своих боевых товарищей — саперов, тем более что это было уже после Великой Победы, буквально накануне их демобилизации. Раненых мы в то время и не считали.

Вспоминаются также и дружеские венские встречи 1945 года с военнослужащими союзных армий США, Англии, Франции, особенно дружеские встречи с американцами. Но эта дружба была недолгой, она резко погасла в 1948 году, с обострением военно-политической обстановки в мире (наступил период «холодной войны»).

Летом 1948 года в войсках безраздельно царил высокий патриотический, благородный боевой победный настрой. Радость Великой Победы, чувство причастности к великой освободительной миссии, выполненной народами великой России, ее воинами, кружили головы. Образ русского солдата-освободителя, форма одежды солдата и офицера России — служили беспрепятственным пропуском на границах всех государств Европы.

Удалось испытать магическое действие этого пропуска и мне. Отдельные офицеры, поддавшись победным настроениям, совершали свободные вояжи вплоть до Рима, Венеции, Парижа и Лондона.

Осенью 1945 года, в связи с расформированием 16 ШИСБр, я был направлен командиром саперного взвода в 32-й саперный батальон (командир батальона подполковник Пааташвили), в 3-ю гвардейскую мотоинженерную бригаду (3-я гвардейская Берлинская, орденов Кутузова, Александра Невского, Богдана Хмельницкого и Красной Звезды бригада) (командир был полковник А.Ф. Шаруда) 4-й гв. танковой армии (командующий генерал Д.Д. Лелюшенко). 4-я гв. ТА в то время сосредотачивалась в Венгрии, северо-западнее Будапешта. Штабы 3 гв. МИБр и 32-й ИСБ располагались на южном берегу озера Балатон в местечке Шиофок (родина знаменитого композитора Кальмана) — Ба-латон-Забади.

Для штаба 4-й гв. ТА было определено место на северной окраине Будапешта (Буды). Столица Венгрии Будапешт, особенно ее правобережная часть Буда была почти полностью разрушена, лежала в сплошных руинах. Лишь в северной части Буды сохранились в пригодном состоянии здания психоневрологической лечебницы, где и было решено разместить подразделения штаба 4-й гв. ТА.

Запомнилась мне задача по проверке на минирование и разминирование расположений штаба, ставил ее передо мной лично командующий генерал Д.Д. Лелюшенко на месте в Буде. Для меня, командира саперного взвода, получить задачу лично от легендарного командующего было высокой честью. Полученную задачу я со взводом саперов [217] ревностно, с достоинством и честью выполнил в срок. Все взрывоопасные предметы (мины, снаряды, бомбы) были обезврежены, вывезены за город и уничтожены взрывным способом накладными зарядами.

Зимой и весной 1946 года, в связи с оставлением Венгрии и передислокацией 4-й гв. ТА походным порядком на север (около 2000 км) в Германию, в район севернее Берлина со штабом в г. Эберсвальде, заводы Ардель, Норд-Верк (завод по сборке немецких самолетов, снарядов ФАУ-1 и ракет ФАУ-2), встала задача по сплошному разминированию местности и объектов в районах Венгрии, оставляемых частями и соединениями 4-й гв. ТА. В то время эта территория была нашпигована большим количеством минных заграждений, больших и малых полевых складов оружия и боеприпасов, хаотически разбросанных по местности, в результате ожесточенных боев еще с Будапештской наступательной и последней оборонительной Балатонской операции 1945 года 2-го и 3-го Украинских фронтов.

Для выполнения задачи по сплошному разминированию я был вызван в штаб 3-й гв. МИБр, где был назначен командиром отдельного автономного подразделения минеров-подрывников. Мне была выделена автомашина «Форд-6», некоторое количество взрывчатых веществ, средств взрывания, инженерной техники и продовольствия. Срок командирования был длительным — несколько месяцев 1946 года. Территория действия — районы сосредоточения 4-й гв. ТА.

В штабе бригады мне было вручено за подписью начальника штаба 4-й гв. ТА предписание командующим соединений и частей армии, военным комендантам района о всемерной помощи мне и содействии в выполнении задачи по выделению в мое распоряжение личного состава и техники.

Работу по выполнению полученной боевой задачи я начал в районах г. Варпалотта, г. Секешфехервар, населенный пункт Чеснек (бывшая резиденция кардинала Всея Венгрии Миндсценти) на северном берегу озера Балатон. В течение зимы-весны и лета 1946 года моей командой и мною лично в результате напряженного самоотверженного труда при выполнении минно-взрывных работ разминировано и уничтожено большое количество боевых складов боеприпасов и военного имущества, обезврежено и уничтожено несколько сотен тысяч единиц взрывоопасных предметов, средств вооружения и техники.

По отчету только 2-тонных авиабомб США, не взорвавшихся при бомбардировке Будапешта, нами было уничтожено 675 единиц.

В горной местности, в районе н.п. Чеснек, в выбранном мною ущелье для уничтожения боеприпасов мы в течение нескольких недель складывали их штабелями размером примерно 50х10 м (полагаю, это сотни [218] тонн боеприпасов), затем, после оповещения местного населения через старост и военных командиров поочередно взрывали. Сами укрывались в подготовленных ущельях, в бетонных трубах, в дотах и других убежищах.

Главной моей заботой было сохранение жизни и здоровья подчиненного мне личного состава. Это было выполнить непросто. Особенно я учил своих товарищей, как избежать контузии от бризантного воздействия ударной волны мощного близкого взрыва. Необходимо было в момент взрыва иметь только точечное соприкосновение тела с землей -не более чем в 3—4 точках: локти рук и большие пальцы стоп ног.

Считаю своей заслугой, что удалось избежать серьезных пагубных последствий от взрывов. Солдаты и сержанты отвечали мне уважением, любовью и заботой, безукоризненным подчинением и дисциплиной.

Самые ответственные и основные операции по взрывам всегда выполнял сам, своими руками. Моим правилом было после команды на взрыв «огонь» — отходить в укрытие последним, когда уже все участники были там. Считал это незыблемым правилом старшего и ответственного исполнителя опасной и рискованной работы. К этому обязывал и кодекс чести офицера, которому я стремился следовать всегда и во всем.

Сложно решалась проблема обеспечения полной детонации боеприпасов, взрывчатых веществ, заложенных в штабе. Тем более, что подрывание приходилось выполнять почти при полном отсутствии табельных средств взрывания. Приходилось импровизировать. Опытным путем изобретать технологические схемы взрыва подручными средствами с применением, в основном, боеприпасов и средств взрывания противника: капсюли-детонаторы, электродетонаторы, взрыватели, извлеченные из авиабомб, снарядов и мин, фаустпатронов и гранат; пороха артиллерийских выстрелов, выложенных дорожками, применяли вместо бикфордового шнура; вместо детонирующего шнура применялись цепи из дополнительных детонаторов и взрывателей различных боеприпасов. Приходилось специально учитывать структуру и размещение различных боеприпасов в массиве штабелей в зависимости от их свойств и бризантной мощности.

Случались моменты смертельной опасности для меня и для моих подчиненных, но, к счастью, все они разрешились благополучно. Мы руководствовались поговоркой: «Сапер ошибается только один раз в жизни!». Удалось избежать и серьезных воздействий контузий, и баротравм, и вибротравм. Но память о той опасной работе сохранилась на всю жизнь. Повторить эту работу без победного настроя той поры невозможно. Но мы всегда помнили и такую солдатскую поговорку: «Сапер и в мирное время на войне!» — это придавало сил. [219] По моим заявкам в помощь нашей команде выделялись тягачи артиллерийской бригады особой мощности РВКГ и батальон Венгерской народной армии.

Вспоминаются и огрехи в нашей работе, хотя в целом взрывы были выполнены профессионально и высоко оценены командованием различных рангов. Так, при мощном взрыве одного из штабелей боеприпасов, от сейсмического воздействия взрывной волны на пласт горных пород в населенном пункте за перевалом, удаленном примерно на 6 км от места взрыва, в домах рассыпались печные трубы, были выбиты стекла и образовались трещины в стенах. Просчет получился в результате отсутствия у нас сведений о горно-геологическом строении данной местности, что и снимает с нас вину за причиненный ущерб.

Населенный пункт оказался на одном пласте горных пород со взрывным штабелем, и сейсмическая волна распространилась по нему, привела к повреждению строений.

В ряде случаев при взрыве штабелей боеприпасов, в результате разлета термитных и фосфорных бомб, сброшенных авиацией США и Англии на Будапешт и не сработавших при падении, случались пожары в буковых лесах севернее побережья Балатона, что вызывало необходимость мобилизации местного населения на борьбу с огнем.

Командование частей и соединений, военные коменданты районов, местные самоуправления (старосты) относились к нам с пониманием, участливо и дружелюбно. Питание личного состава часто организовывали старосты населенных пунктов путем обложения налогом по домам и хозяйствам для сбора продовольствия (в основном прекрасный венгерский пшеничный хлеб, свиное сало, колбасы, вино и многое другое).

За выполнение задачи по разминированию территории, оставляемой частями и соединениями 4-й гв. ТА, личному составу была объявлена благодарность, о чем свидетельствует запись в моем личном деле.

В памяти, навсегда сохранились боевые товарищи, их подвиги, фронтовая дружба, военное товарищество. Вот только некоторые из них:

В 3 гв. МИБр военного времени всеобщей любовью личного состава (офицеров и солдат), глубоким уважением и почтением пользовался комиссар бригады — начальник политотдела подполковник Румянцев Владимир Георгиевич — замечательный человек, фронтовик, ветеран 10 гв. Уральско-Львовского добровольческого ТК нашей 3-й гв. МИБр и, конечно, 4-й гв. ТА. За всю свою армейскую службу я не встречал лучшего политработника, человека такой большой и богатой души.

Дорофеев Юрий Павлович — ветеран войны инженерных войск, ветеран 4-й гв. ТА и нашей 3-й гв. МИБр, ныне генерал инженерных войск, доктор военных наук, профессор, заслуженный деятель науки [220] РСФСР. Имеет обширный перечень научных трудов и изобретений. Заслуги его перед страной отмечены многими государственными наградами. Про таких людей в войсках говорят: «Это лучший генерал!» — и это истина. Добрую память храню я о своем друге — ветеране 4-й гв. ТА и нашей 3-й гв. МИБр Номикопуло Аполлоне Дмитриевиче. Чистый и искренний патриот Родины, человек высоких морально-боевых качеств. К сожалению, он уже ушел из жизни. Как ветеран войны, активно участвовал в воспитании молодежи, часто выступал перед учащимися в школах г. Ставрополя.

Немеркнущими звездами, гордостью 3-й гв. МИБр всегда были, есть и будут наши герои Советского Союза: Б.А. Рунов, М.П. Мартыненко, П.А. Шиков, С.С. Станчев, В.В. Душенин, Л.П. Комяков, А. Потоколь-ский, A.B. Репкин, Т. Ахмедов.

Особенно памятен один из последних боев под Берлином, когда под утро 2 мая в районах Шанкендорф — 10 км южнее острова Ванзее штаб 4-й гв. ТА был внезапно атакован гитлеровцами, численностью до 2 тыс. человек. Отражение атаки возглавил лично генерал Д. Д. Лелюшен-ко. Важную роль в разгроме группировки фашистов в этом бою сыграли саперы 3-й гв. МИБр. Ссылка на литературу: «Стальным тараном. Боевой путь 4-й гв. ТА», Москва, Воениздат, 1992 г. Авторский коллектив под руководством В.П. Ашкерова (руководитель).

Тепло вспоминаются мне наши старшие инженерские начальники: М.А. Полуэктов, А.Я. Свинцев; саперы и понтонеры 3-й гв. МИБр той победной поры: С.А. Елкин (майор, ком. роты), И.А. Прибытков, Н. Суслов, A.C. Гоголев, А.Е. Назаренко, С. Черноглазов, С. Степанов, Д. Трофимов и др; сержанты и рядовые: Нечаев, Безяев, Мазин, Богикатов, Федосеев, Варакин, Кузьмин, Захдеченко, Шестокрыл, Коробка и др. И многие-многие дорогие моему сердцу люди.

После войны

Летом 1946 года 3-й гв. МИБр в составе войск 4-й гв. ТА совершил марш походным порядком на север, протяженностью около 2000 км, через Западные Карпаты и Рудные горы по территории Венгрии, Австрии, Чехословакии и Германии и сосредоточились в 50 км севернее Берлина в г. Эберсвальде, со штабом на западе, в Норд-Велке.

В 1949 году я в порядке замены места службы убыл в Дальневосточный военный округ, в первую отдельную краснознаменную армию и ее понтонно-мостовой полк, расположенный на р. Зея в Амурской области.

В 1953 году, сдав конкурсный экзамен в Хабаровскую Военно-Инженерную Академию, я был зачислен слушателем командно-инженерного [221] факультета и осенью, во время редкостного по масштабам наводнения в бассейне рек Амура и Зеи, убыл в Москву.

ВИАк. В.В. Куйбышева закончил с отличием в 1958 году и был направлен в Московский военный округ заместителем начальника штаба понтонно-мостового полка. В 1959 году назначен командиром учебного саперного батальона МВО. За успехи в организации учебного процесса по подготовке сержантского состава для инженерных войск округа имел поощрения от маршалов Крылова, Соколова.

В 1965 г. по замене направлен в ГСВГ командующим саперного батальона 8-й гв. армии в Тюрингию. В 1966 году назначен начальником штаба — заместителем командующего понтонно-мостового полка 8-й гв. армии. В 1969 году во время действий по боевой тревоге на воинских учениях получил травму позвоночника, был госпитализирован в военный госпиталь г. Лейпцига, а затем в центральный госпиталь ГСВГ г. Беелиту, где в нейрохирургическом отделении перенес операцию позвоночника (ламинэктомия). В 1970 году во время военных учений при следовании по вызову командующего 8-й гв. армии на автомобиле в районе Наймбурга (округ Галле) по вине гражданина Германии, нарушившего ПДД, что было подтверждено дорожной полицией Наймбурга, попал в автокатастрофу и с травмой позвоночника был доставлен в городскую больницу Наймбурга, а затем эвакуирован в советский военный госпиталь в Лейпциге.

По выздоровлении был отправлен в МВО начальником штаба саперного полка. В 1972 г. по болезни, на почве травм, полученных при исполнении обязанностей военнослужащего, уволен в запас. 1 января 1986 г. снят с воинского учета. Так закончилась моя военная служба.

После демобилизации работал 2 года на общественных началах в Пушкинском горисполкоме Моск. Обл., затем 23 года — помощником министра в Минстройматериалах РСФСР.

Ноябрь 2002 года.
Пагинация проставлена по изданию. В подготовке настоящих воспоминаний оказал помощь Гордеев Александр Владимирович, студент Московского авиационного института.
Источник: От солдата до генерала: Воспоминания о войне. Том 1. — М.: Изд-во МАИ, 2003.
Для этого раздела список файлов пока доступен только на militera.lib.ru

Вскоре файлы станут выводиться тут, об этом будет сообщено в блоге сайта.

Сайт «Милитера» («Военная литература»)
Cделан в марте 2001. Переделан 5.II.2002. Доделан 5.X.2002. Обновлен 3.I.2004. militera.org 1.IV.2009. Улучшен 12.I.2012. Расширен 7.XI.2013. Дополнен 20.1.2014. Перестроен 1.VII.2019.

2001 © Олег Рубецкий